|
12.07.2006
Прошло первенство Дальневосточного федерального округа среди юношей и девушек по классическим и быстрым шахматам.
21.05.2006
Пройдет первенство Дальневосточного Федерального округа - зоны XII первенства России по шахматам среди клубных команд первой лиги.
15.10.2005
Прошел IV этап Всероссийских соревнований среди школьных команд по шахматам "Белая ладья"
Матч Карпова на Филипинах Трудные дни |
| |
 
|
|
|
Шахматный клуб "Дебют" / Матч Карпова на Филиппинах / Трудные дни
Трудные дни
Хотя многие это считают странным, я все же полагаю, что только первоначально психологическое преимущество находится на стороне ведущего в счете. Однако, если он не сумел им воспользоваться достаточно оперативно, то затем оно переходит к противнику. Не может эта «психология» постоянно оставаться на месте, и если ты не сделал шага вперед, то инициатива будет упущена — соперник успокаивается и ты уже имеешь перед собой совсем другого партнера.
Я вот полагал — и даже говорил об этом,— что пятая победа станет решающей в матче, ибо поставит претендента на последнюю грань, на край пропасти. И он тогда, мол, может отправляться домой (я, правда, не знаю, где у него теперь дом). Есть только важный нюанс. Речь шла об этом при счете 4:1. А тут все-таки счет стал 5:2 — Корчной успел выиграть еще одну партию. К тому же — и это особенно существенно — он, вероятно, уловил мою какую-то скованность, а точнее сказать — несобранность. Ведь он видел, что на отрезке с 17-й по 27-ю партию я в нескольких случаях упустил просто очевидный выигрыш, и это, безусловно, придало ему некоторую уверенность.
Психология в шахматах неразрывно связана с происходящим на доске... и наоборот. Словом, здесь все взаимосвязано. Должен признаться, что, базируясь на наших прежних встречах с Корчным и особенно на матче 1974 года, я издалека наметил определенный «план кампании». Три с половиной года назад соперник, уступая мне в спокойных маневренных позициях, был в то же время в осложнениях несколько изобретательнее, что ли. Так вот, исходя из этого (еще с ныне покойным Фурманом), мы планировали не ввязываться с Корчным в «обмен ударами», а вести маневренную техническую борьбу. Так, собственно, и начал я этот матч.
Однако произошло существенное изменение в стиле игры моего противника. Лишив сам себя возможности участвовать в соревнованиях с ровным и сильным составом — какой обычно подбирается в наших турнирах,— Корчной вынужден был внести определенные коррективы в свою манеру игры. Если раньше он действовал зачастую в контратаке, то теперь сама обстановка, в которой он оказался, почти не давала для этого поводов. Встречаясь с конкурентами, ему заметно уступающими в классе, желая набрать максимум очков для поднятия престижа и опасаясь потерять хоть пол-очка в поединках со слабыми малоизвестными партнерами, Корчной стал меньше рисковать, стараясь решить исход борьбы техническими средствами. В чем, надо признать, немало преуспел. Напомнил о себе и возраст претендента: в 47 лет нелегко постоянно считать варианты, нервная система просит отдыха, а колоссальный (уже 30-летний!) опыт толкает на те — технические — решения, которые опять же убегают от риска и от... цейтнотов, о которых он все время помнит. Почувствовал я эти перемены в манере игры противника где-то к 7-й партии, а примерно после 11-й окончательно наметил свою новую стратегическую линию ведения матча.
Вспоминаю, как после 24-й партии при счете 4:2 в мою пользу у меня состоялась беседа с А. Рошалем. Журналист, но шахматный мастер и заслуженный тренер РСФСР, пришел он ко мне с целым блокнотом выкладок, доказывающих, что сейчас многое изменилось и все мои успехи в матче связаны с тактикой, с комбинационными моментами, а у Корчного, наоборот, мол, отлично «получается» игра в технических, маневренных положениях. Я внимательно выслушал это, кивая головой и не желая обидеть собеседника тем, что я давно уже это все решил для себя и без этих советов. Решил добрых четырнадцать партий назад...
Но одно дело все понимать и совсем другое — последовательно и твердо проводить в жизнь на доске. Вот тут-то (при счете 5:2) и вступила в силу та самая психология, о которой я уже писал. Мысль о том, что мне осталось сделать всего один шаг до окончательной победы (в то время, как противнику еще шагать и шагать), предательски влияла и на образ моих действий на доске. Расхолаживала меня. А ведь острая игра требует и соответственного боевого настроения. Его-то и не хватало. А пойди я, что называется, в рукопашный бой — может, и проиграл бы одну — две партии, но ту единственную, которая была необходима, обязательно выиграл бы. И все было бы довольно быстро окончено. Ведь сопернику ох как тяжело делать ходы в обоюдоострой, рискованной ситуации, когда то и дело его мозг сверлит мысль: любой из таких ходов может стать последним в матче. Зато как удобно, развалившись в кресле, решать вопрос: занять эту открытую линию сейчас или потом, менять слона на коня при переходе в эндшпиль или подождать и т. п.
Технические позиции имеют и еще одну, исключительно важную особенность. Их легче играть, когда имеешь преимущество. Ну, не реализовал его лучшим я кратчайшим способом. Ну, допустил неточность, даже выпустил перевес — рискуешь не многим, и, в крайнем случае, получится ничья, которая все равно не считается. Если оба даже одинаково устали, то в технических позициях это чревато последствиями прежде всего для того, кто защищается. Ведь постоянно необходимо искать шансы, ни на минуту, ни на ход не расслабляясь,— иначе уже не спасешься. А активная сторона может чуточку подвыпустить свой перевес, а затем пытаться его потихонечку вернуть, ничем особенным опять же не рискуя. Я же по причинам, ранее названным, никак не мог настроиться на роль активной стороны и позволил своему партнеру слишком уж часто получать инициативу, наблюдая за этим как бы со стороны...
Страницы: 1 | 2 | 3 | 4
|
