О Клубе Рейтинги шахматистов План-календарь Нормативные документы Спонсоры  
 
 


12.07.2006
Прошло первенство Дальневосточного федерального округа среди юношей и девушек по классическим и быстрым шахматам.

21.05.2006
Пройдет первенство Дальневосточного Федерального округа - зоны XII первенства России по шахматам среди клубных команд первой лиги.

15.10.2005
Прошел IV этап Всероссийских соревнований среди школьных команд по шахматам "Белая ладья"

Архив новостей


Матч Карпова на Филипинах
Капли переполнявшие чашу терпения
заказать курсовую от youdo
 
Спонсоры : ВладградСпонсоры : Дальстар

 

  Шахматный клуб "Дебют" / Матч Карпова на Филиппинах / Капли переполнявшие чашу терпения

Капли переполнявшие чашу терпения


Пора бы, пожалуй, сказать несколько слов и о содер­жании шахматной борьбы в матче, но в том-то и дело, что благодаря стараниям лагеря моего соперника стало уже невозможно говорить отдельно о шахматах и обо всей околошахматной шелухе, которую они старались рассыпать вокруг. Видя, что мы принципиально не желаем унижать достоинство доктора В. Зухаря переме­щением его в зрительном зале, Корчной и особенно Лее-верик продолжали нагнетать обстановку: пусть доктор сядет в амфитеатр, где находятся официальные члены советской делегации. Официальные эти члены и с моей стороны, и со стороны претендента были оговорены спе­циальным документом (основанным как бы на рекомен­дациях регламента): кроме участника, еще и руководи­тель делегации, два секунданта, личный врач. По причи­нам, уже изложенным мною, мы не желали уступать в создавшейся (точнее, созданной противником) ситуации. Был даже случай, когда лагерь претендента требовал от организаторов вообще ликвидировать кресла парте­ра, кроме первых трех рядов для особо важных персон. Но это меня не устраивало, потому что я привык играть на публике, да к тому же формально нельзя нарушать без согласия обоих соперников первоначально одобрен­ную ими обстановку на сцене и в зрительном зале.

В накалившейся до предела нервозной обстановке иг­ралась седьмая партия. Когда в защите Нимцовича соперник белыми применил относительно новое продол­жение, я после 20-минутного раздумья понял, что оста­ваться пассивным крайне опасно. Забавно, что во время моего раздумья Корчной буквально убегал со сцены, демонстрируя окружающим, что на него действуют посто­ронние силы,— все тот же гипноз. Я пожертвовал пешку, затем качество — противнику стало не до беготни в ком­нату отдыха: позиция, хотя и выглядела надежной для белых, требовала тщательного обдумывания за доской. Впервые за многие наши поединки цейтнот получился обоюдным, ошибались оба, последним, как выяснилось уже при анализе, ошибся я. И хотя было страшно обидно отказываться от игры на победу и соглашаться на ничью (выигрыша при ближайшем рассмотрении не оказалось, а он был у меня всего за ход до откладывания партии), но эта седьмая партия показала мне, что соперник неуве­ренно чувствует себя в острых неопределившихся пози­циях. И еще: он стал хуже защищаться. Важный вывод! А ведь раньше это был другой шахматист, более изобре­тательный, ныне же явно тяготеет к техническим позици­ям. Итак, не надо стремиться к сложной, иррацио­нальной борьбе. И восьмая партия матча подтвердила правильность этого вывода.

Многие авторитеты (и некоторые советчики) полага­ли, что первый тайм-аут кто-нибудь из участников мат­ча возьмет еще перед шестой встречей — после утоми­тельной, в три сеанса, пятой партии. Условия взятия пе­рерыва: участник матча или один из его секундантов до 12 часов того дня, в который играется партия, должен предупредить об этом арбитра. А если позвонят оба и сообщат, что не намерены сегодня играть? Тайм-аут бу­дет засчитан (и соответственно вычтен из общего, огра­ниченного числа тайм-аутов) тому, кто позвонит рань­ше. Вот и бывает, что тянут оба лагеря до самого полу­дня, надеясь, что соперник раньше использует свой тайм-аут,— ведь отдыхать-то все равно будут оба. Воз­можно, тогда, накануне шестой партии, Корчной и наде­ялся отдохнуть за мой счет и потому не успел до 12 часов позвонить арбитру и взять тайм-аут. Я же не сделал этого умышленно, хотя не скрою: некоторые колебания и бы­ли. В конечном счете решил: играю все-таки белыми и проверю, что у него за душой в закрытых дебютах, а по­ка еще подработаем к следующему, «четному» поедин­ку— в них я играл белыми — открытый вариант испан­ской партии.

К восьмой партии мы с тренерами подготовили но­вую идею. Собственно, работали над ней давно, еще дома, в СССР. Делаю свой 10-й ход, и претендент задумы­вается на 40 минут. Надо сказать, что в этом матче он, встретившись с какой-либо неожиданностью в дебюте, искал продолжение не сильнейшее, а такое, какое мы не могли бы, с его точки зрения, подготовить и проанализи­ровать дома. И вот через сорок минут он делает ход, ко­торый, прямо скажу, мы не предугадали. У моих секун­дантов, как они позже поделились, да и у меня в тот мо­мент, состояние довольно противное было... Заранее под­готовить новинку, сюрприз — и первый же ответный ход противника не предусмотреть!..

Сначала 10—15 минут я потратил на то, чтобы опра­виться от этого психологического удара. Потом я поду­мал: ну, не предугадали мы дома этот ход, что ж оттого, позиция-то у меня все равно лучше. Есть жертва пешки, перспективная жертва пешки. Подумал еще и пожертво­вал эту пешку. Соперник жертву принял. Тогда я стал, как говорят футбольные болельщики, «давить». Дело кончилось чистым матом на доске. Не помню, кстати, за последние годы случая, чтобы Корчному жертвовали пешку в дебюте и затем, играя «в одни ворота», ставили мат.

Наконец-то результативная партия! Ничьи уже всех утомили, особенно заждались журналисты. Оказывается, они сообщили в свои газеты о том, что я якобы выиграл седьмую партию (так они оценили отложенную позицию, поспешив выдать желаемое за действительное). Мне же пришлось разочаровать их, сведя игру после домашнего анализа к вечному шаху.

Выиграв восьмую партию, я испытывал противоречи­вые чувства. Рад был, конечно, победе, но предвидел впереди еще много трудного. И не только на шахматной доске...

- Перед началом восьмой партии Корчной протянул мне руку. Я ему сказал, что с сегодняшнего дня не же­лаю обмениваться с ним рукопожатиями, поскольку он ведет себя неприлично. Сказал ему это на русском язы­ке. Корчной с протянутой рукой поворачивается к сто­явшему рядом Шмиду и спрашивает по-английски: «Вы понимаете, что происходит?» Арбитр, растерявшись, но не желая вмешиваться, отвечает тоже по-английски: «Да, я ожидал, что это когда-нибудь случится» — и пускает часы. Шмид сказал то, что у него было на душе,— он все время опасался, что накалившаяся обстановка приведет именно к такому исходу.

И только через два дня арбитр вспомнил, как через Батуринского он передавал, что если мы захотим пред­принять какие-либо действия (вроде отказа от рукопо­жатия), то он хотел бы быть заранее об этом осведом­ленным. Это уже позже мы объяснились со Шмидом, но в тот момент ряд его действий (о чем я уже писал) за­ставил меня думать, что он находится на стороне Корч-ного, и потому я не желал иметь с ним никаких контак­тов, кроме официальных, предписанных регламентом и правилами. Я ограничился тем, что попросил пресс-ат­таше советской делегации Рошаля зачитать его колле­гам-журналистам (он исполнял на матче обязанности и корреспондента ТАСС) заявление, объясняющее мой от­каз от рукопожатия. Буквально тогда же, когда все это произошло на сцене, в пресс-центре моим представите­лем было зачитано такое заявление:
«Уважаемые коллеги! Чемпион мира Анатолий Кар­пов просил меня, как пресс-атташе советской делега­ции, довести до сведения представителей пресссы следу­ющее.
Страницы: 1 | 2 | 3 | 4 | 5