|
12.07.2006
Прошло первенство Дальневосточного федерального округа среди юношей и девушек по классическим и быстрым шахматам.
21.05.2006
Пройдет первенство Дальневосточного Федерального округа - зоны XII первенства России по шахматам среди клубных команд первой лиги.
15.10.2005
Прошел IV этап Всероссийских соревнований среди школьных команд по шахматам "Белая ладья"
Матч Карпова на Филипинах О встречах с Фишером |
| |
 
|
|
|
Шахматный клуб "Дебют" / Матч Карпова на Филиппинах / О встречах с Фишером
О встречах с Фишером
Увидел я Роберта Джеймса Фишера, тогдашнего чемпиона мира, впервые только в 1972 году в американском городе Сан-Антонио, где игрался большой международный турнир, организованный фирмой жареных цыплят. Техасский миллионер Чорч, разбогатевший на продаже этих самых жареных цыплят и являющийся также владельцем торговой фирмы, располагающей большой сетью ресторанов, магазинов и бензозаправочных станций, хотел сделать этот турнир крупнейшим в истории США. Но заполучить Фишера, незадолго перед тем ставшего чемпионом мира, для участия в этом соревновании миллионеру все же не удалось. Как пошутил американский мастер и шахматный организатор Джордж Колтанов-ский: «Поскольку была опасность, что Фишер потребует в качестве гонорара все дело мистера Чорча, мы решили Бобби не приглашать». И все же наша встреча тогда состоялась.
В тот день мы играли последний тур, и вдруг нача-ло партий почему-то отложили минут на десять-пятна-дцать. Не понимая, что происходит, я подошел, кажется, к Кересу и спросил: в чем дело? Он сказал, что ждут Фишера. Мне непонятно было, почему из-за Фишера надо от-кладывать начало тура. Положено начинать в два часа, мы пришли, сидим, уже десять минут третьего — так почему надо ждать? Он же не участник турнира! А если бы он был участником, ему бы включили часы, и все. И начался бы тур. Но так уж получилось, что в знак уважения к Американской шахматной федерации, к организаторам турнира участники не стали противиться. Сидим, ждем. Наконец появился Фишер вместе с Эйве, затем Фишер поднялся на сцену, поздоровался с каждым уча-стником. Вот и все мои впечатления. А дальше я уже играл и больше Фишера не видел. В тот же вечер он, кстати, и улетел. Могу лишь сказать, что внешне он тогда произвел на меня достаточно приятное впечатление...
А потом — потом мы не встретились в 1975 году в матче за мировое первенство. Но моя совесть абсолютно чиста — я сделал все, чтобы матч состоялся, и согласился на все условия, продиктованные Международной шахматной федерацией. А вот Фишер отказался. Могу по этому поводу высказать только свое субъективное мнение. Мне кажется, он попал в неблагоприятную психологическую ситуацию. Для него было бы проще, если бы он встретился с кем угодно из прежних своих соперников— ведь всех, кроме меня, он уже обыгрывал, все были старше его — это тоже немаловажно. Теперь же все получалось сложнее. Мы с ним за доской не встречались— не попадали в одни турниры. Разминулись. Значит, меня он не обыгрывал и не опережал нигде. Я вышел на большую арену как раз в то время, когда он прекратил выступления в турнирах. Были «годы Фишера», но потом самые высокие результаты стал показывать я, стал выигрывать турнир за турниром. Такое не может не произвести впечатления — и шахматный мир разделился. Тем более что молодость импонирует болельщику, а я все-таки моложе Фишера на восемь лет. Эта ситуация влияла, полагаю, на Фишера. Ведь он привык, что все за него, все его поддерживают, все за него болеют. И, может быть, именно с этой «переменой климата» он справиться как раз и не смог. Но, повторяю, это все — только мои субъективные предположения.
Не знаю, чей шахматный лагерь был больше, мой или его, но общие спортивные прогнозы были для меня неблагоприятны. Фишер должен победить — это считалось чуть ли не аксиомой. Но я полагал, что неплохие шансы на выигрыш есть и у меня. И с каждым днем, напряженно работая, я старался увеличить эти шансы. Сам матч обещал быть интересным. Я собирался показать в нем все, на что способен, и очень жалею, что он не состоялся. Его значение для шахмат было бы трудно переоценить. Он мог стать новым взрывом в шахматном мире, популярность шахмат поднялась бы еще выше. Правда, при одном условии: если бы матч не затянулся. А такая вероятность (игра-то до десяти побед!) существовала— чрезмерная затяжка грозила принести шахматам вред.
Поскольку я очень хотел играть этот матч и не сделал ничего, препятствующего ему, то, когда все же Фишер отказался играть и меня провозгласили чемпионом мира, я тут же заявил, что по-прежнему готов сыграть с Фишером. Естественно, не на условиях, продиктованных им, а на самых разумных условиях, которые благоприятствовали бы проведению такого матча и помогли бы продемонстрировать лучшее, что имеем в арсенале мы оба. Чтоб это были настоящие шахматы, а не борьба на износ. Я готов был встретиться с Фишером лично, но ответа на посланную телеграмму не получил...
Потом Роберт Фишер сам вроде бы начал искать встречи со мной. Еще в том же 1975 году Смыслов, вернувшийся из Америки, где он играл турнир в Лон-Пайне. рассказывал, что, по словам старейшего и далекого от всех шахматно-дипломатических интриг гроссмейстера Кэждена, Фишер стоит перед выбором: идти в чернорабочие или играть в шахматы. Пока кругом говорили о баснословных деньгах бывшего чемпиона, его финансовое положение, похоже, оказалось прескверным. А он умеет зарабатывать хорошие деньги только игрой в шахматы. Да и затосковал он, наверное, без любимых шахмат...
Друг Роберта Фишера — вице-президент ФИДЕ филиппинец Флоренсио Кампоманес давно хотел организовать нашу встречу (кстати, Филиппины, Япония и вообще этот район Азии, как я понял, нравятся Фишеру. И не случайно, став чемпионом мира, американский гроссмейстер не отказал только президенту Филиппин Фердинанду Маркосу и посетил первый крупный турнир, проводившийся в этой стране). Когда в 1976 году я тоже приехал в Манилу на международный турнир, «Кам-по» конфиденциально сообщил мне, что прибудет и Фишер. Но турнир заканчивался, на последний тур мы уехали в Батлао— это кемпинг в горах. Фишера все не было, хотя Кампоманес обещал, что он приедет в тот лагерь в горах, так как там его, не любящего журналистов и публику, легче будет скрыть от посторонних глаз. Вернулись в Манилу, до отъезда с Филиппин оставалось дня два, а Роберта все нет и нет. По дороге в аэропорт выяснилось, что Кампоманес хочет проводить меня в Токио. Это уже потом я понял, что он каким-то образом договорился о встрече с Фишером в Японии.
Страницы: 1 | 2 | 3
|
